Реклама

воскресенье, 11 апреля 2010 г.

Интервью Руководителя ФСФР России В.Д.Миловидова журналу "Русский Newsweek" об изменениях в законопроект по борьбе с инсайдом и манипулированием ценами.


Интервью Руководителя ФСФР России В.Д.Миловидова журналу "Русский Newsweek" об изменениях в законопроект по борьбе с инсайдом и манипулированием ценами.
Владимир Миловидов: «Мы начали проверку по Евгению Юрченко»
В США инсайдерская торговля – серьезное преступление, за которое можно надолго загреметь в тюрьму. В России торговцы информацией пока чувствуют себя более вольготно. Глава Федеральной службы по финансовым рынкам Владимир Миловидов рассказал Алексею Савкину, что его ведомству не так просто сегодня бороться с инсайдерами и что новый закон не будет применяться выборочно против неугодных участников рынка.
Не все профессиональные торговцы ценными бумагами, прочитав проект закона об инсайде, четко поняли, что такое «инсайдерская информация». Что это?
Вообще инсайд возникает тогда, когда какой-то круг лиц, который имеет отношение к этой информации, ее знает, а большинство - нет. И вот в этом интервале, пока информацией обладают единицы, можно совершать разные противоправные действия. Действительно первоначальная версия закона содержала много понятий и определений, которые были если и не размытыми, то очень широкими. Это создавало угрозу распространения этого закона на неограниченное количество людей.
Сейчас мы предлагаем разделить инсайдерскую информацию на две категории. Первая - это информация о деятельности акционерных обществ плюс все решения органов власти (к примеру, выдача и отзыв лицензий, итоги тендеров), а также вся информация, которую получают органы власти в ходе проверок. Вторая категория - это информация, относить которую к инсайдерской компании будут сами в соответствии с определенной методикой. Мы хотим, чтобы такую методику разрабатывала ФСФР.
Теперь за манипулирование информацией можно будет сесть в тюрьму. Участники рынка опасаются, что закон будет использоваться выборочно. Как быть?
Нужно не опасаться, а избегать манипулирования рынком и сделок на основе инсайда. Действительно, подготовлены поправки в Уголовный кодекс, которые предусматривают уголовное наказание за злоупотребление инсайдерской информацией. Конечно, это не будет избирательное оружие.
А сейчас у ФСФР нет оружия по борьбе с инсайдерами? Мы подсчитали, что гендиректор компании «Связьинвест» Евгений Юрченко за счет удачной игры акциями дочерних компаний холдинга за три месяца заработал 582 млн рублей. Председатель совета директоров «Связьинвеста» Леонид Рейман тоже интересуется, не использует ли Юрченко служебную информацию. Можете ли вы сейчас провести какую-то проверку?
Это требует доказательств. Сейчас в Госдуме на рассмотрении находится поправка, которая обязывает в таких ситуациях инсайдера (в данном случае им является то лицо, о котором вы говорите) рассказывать, какие действия он совершал с этими бумагами.
Но эта информация доступна и сейчас, ее может получить каждый из открытых источников.
Чтобы принимать какие-то меры, нужно доказать, что он использовал инсайдерскую, служебную информацию.
А сейчас, пока закон не принят, это никак нельзя сделать?
Я вам не могу сказать. Это требует проверки. Мы проверку этих фактов начали и запросили необходимые документы о сделках.
Если хотите, материалы, все расчеты мы можем вам направить.
Ваши расчеты, понимаете…
Я понимаю, мы не специалисты.
Если есть подозрения, что он совершал сделки, используя служебную информацию, можно посмотреть, как это идентифицировать. Но поскольку закона как такового нет, боюсь, что наши возможности ограничены. Я сейчас просто не могу сказать, сможем или не сможем мы что-то делать в этом случае. Надо более детально разбираться.
А вы можете привести примеры, когда вы видели, что идет манипулирование информацией?
Инсайд у нас пока белое пятно в законодательстве. Поэтому очень сложно доказать, есть ли злоупотребления со стороны менеджеров общества. Такого понятия, как инсайд, у нас практически нет.
Верно ли, что с принятием закона нарушителями могут быть признаны лишь журналисты, которые умышленно распространили ложную информацию?
Наша позиция: лучше, если информация будет распространена как можно скорее. Поэтому мы предлагаем не вводить ответственность журналистов за раскрытие инсайдерской информации. Сейчас в законопроекте есть такое понятие - вторичный инсайдер. Мы предлагаем от него отказаться. Отвечать за раскрытие инсайдерской информации до установленных сроков должны сами инсайдеры. А вот если они эту информацию кому-то передали, мне кажется, даже будет больше пользы, если ее до срока обнародуют.
Алексей Савкин