Реклама

среда, 27 марта 2013 г.

От фальшивомонетчика к хакеру - исторический экскурс

Историческими предтечами современных хакеров являются обычные фальшивомонетчики

Время от времени полезно вспоминать, как зарождались исторически современные информационные угрозы в финансовой сфере, рассматривать их в самом простом, исходном виде. C зарождения товарно-денежных отношений, появления монетного и банкирского дела ни частные лица, ни, увы, представители государственной власти не брезговали технологиями обмана. Исторически первой, самой древней и распространённой формой злоупотребления информацией в области денежного обращения является фальшивомонетчество.

БЛАГОРОДНЫЙ МОШЕННИК
Благородных разбойников единицы, об одном из них, Робин Гуде, даже сложены народные баллады. Редкий пример по-настоящему положительного героя, который не брезговал приёмами финансовых мошенников, также принадлежит литературе. Главный герой популярного романа Александра Дюма-отца «Граф Монте-Кристо», карая виновных и вознаграждая правых, демонстрировал, среди прочих необыкновенных способностей, завидное владение тогдашними банковскими информационными технологиями.
Явившись к мэру Марселя в обличии лорда Уилмора, старшего агента банкирского дома Томсон и Френч, Эдмон Дантес получил ценную конфиденциальную информацию: его благодетелю, судовладельцу Моррелю, грозят разорение и бесчестье. Выкупив безнадежные векселя торгового дома «Моррель и Сын», Эдмон Дантес добивается спасительной отсрочки.
Справедливость торжествует, но, говоря на современном московском сленге, Моррель «косил», совершил уголовное деяние, за которое даже по нынешним либеральным временам «светит» немалый срок. «Граф Монте-Кристо» совершает благородный поступок, однако попутно действует методами мошенников − или спецслужб, кому какое сравнение более по вкусу.
Как мы видим, угрозы жульничества, фальшивомонетчества и прочих злоупотреблений информацией в банковской сфере существовали издревле. Широкое использование высоких технологий в наши дни привнесло в основном информационно-коммуникационную специфику.
ВЕРТЕП МЕНЯЛ
Прародителями банкиров в современном значении понятия и, соответственно, родоначальниками банковских операций, были менялы. Эти ушлые индивидуумы занимались в Древнем мире и в Средние века обменом монет одного государства на монеты другого. Менялами обычно становились ювелиры, которые проверяли подлинность монет и постоянно держали «обменный фонд» − запасы монет разных стран.
Именно менялы «изобрели» изготовление фальшивых монет, чтобы время от времени «подрабатывать». Об их хитрости и жадности быстро начали слагаться легенды. Вспомним великую сцену из Нового Завета, изгнания их Спасителем из Храма: «… Дом мой домом молитвы наречется; а вы сделали его вертепом разбойников» (Евангелие от Матфея, Гл. 2).
Первые фальшивые монеты появились задолго до христова пришествия, вместе с первыми настоящими. Недавно в Великобритании при раскопках древнего поселения викингов археологи нашли арабскую серебряную монету. К своему изумлению, ученые обнаружили: в отличие от оригинала, фальшивка сработана из меди, и лишь сверху искусно покрыта тонким слоем серебра. Каталог фальшивых монет разных времён и народов можно может составить приличную библиотеку, сопоставимую по количеству «единиц хранения» библиотеке райцентра средней величины.
Занятие столь выгодным бизнесом требовало высокой квалификации, дотошности и хладнокровия. «Горели» фальшивомонетчики в большинстве случаев на «деталях» − крохотных ошибках, которые выдавали подделку с головой, некоторые страдали от беспредельной наглости или откровенной глупости.
ПОД СТРАХОМ КАЗНИ
Фальшивомонетчество издавна и повсеместно считалось тяжелейшим преступлением, от чтения исторических повествований о казнях за фальшивомонетчество леденеет кровь. В Вавилоне XVIII века до н. э. законы могущественного царя Хаммурапи, высеченные на исполинском столбе чёрного базальта, приговаривали фальшивомонетчиков к смерти. Как и более поздние законы знаменитого афинского законодателя и поэта Солона, вполне гуманные для VI века до н.э.
Древнегреческие законы были писаны на деревянных дощечках в четырехугольных рамках, которые вращались на оси для удобства чтения как предостережение потенциальным преступникам. Однако вывод, который античные греки высекли на стене святилища Аполлона в Афинах: «Лучше подделывать монету, чем истину», можно понимать в прямо противоположных смыслах, как и речения дельфийского оракула.
В Древнем Риме борьба с фальшивомонетчеством велась без сантиментов: пойманных подвергали нечеловеческим пыткам, обычными приговорами были сожжение на костре или отдание на растерзание львам. Интересный исторический факт: рабы, доносившие на фальшивомонетчиков, автоматически получали свободу, могли стать полноправными римскими гражданами и на всю жизнь освобождались от уплаты налогов. Привилегия, по тем временам, немалая. Даже легендарный гладиатор Спартак, ставший свободным благодаря феноменальному мужеству и мастерству на арене смертельных боев, её не удостоился.
Во времена Средневековья римский папа грозил фальшивомонетчикам страшными епитимьями и отлучением от церкви. Однако в исторических источниках трудно найти факты реального наказания крупного, среднего или хотя бы мелкого феодала. «Великим» фальшивомонетчиком был, например, Филипп IV Красивый (1285-1314 гг.) − яркая фигурафранцузской истории. Чтобы наполнить пустевшую королевскую казну, он приказал начеканить массу полуфальшивой монеты, которая вскоре наводнила страну и всю Европу. Больше всех страдал трудовой народ, и Филиппу пришлось на какое-то время даже бежать от бунтовщиков из Парижа.
ИНФЛЯЦИЯ В МЕТАЛЛЕ
И на Руси фальшивомонетчество исстари считалось тягчайшим государственным преступлением. Одним из первых фальшивомонетчик упомянут в Новгородской летописи от 1447 года некий Федор Жеребец, «ливец и вецец», так тогда величали литейщиков и весовщиков драгоценных металлов. Бизнес он попытался сделать на изготовлении гривен из фальсифицированного металла…
Что именно с ним сделали, не сказано, но известно, что государство, не уступая кровавому опыту Вавилонии и Древнего Рима, люто боролось с фальшивомонетчиками. Уличенным отрубали руки-ноги, заливали в глотку расплавленный металл, из которого отливались монеты. Однако доставалось «рядовым», а не высокопоставленным фальшивомонетчикам. Лишь при добром царе Федоре Михайловиче наказание за фальшивомонетчество стали ограничивать всего лишь конфискацией имущества.
«Послабления» пошли неспроста. Вспомним историю появления в нашей стране медных денег. Война с Польшей, объявленная в октябре 1653 года, требовала огромных расходов. Правительство царя Алексея Михайловича осенила мысль внедрить в денежное обращение страны медные монеты. Медные деньги ходили наряду с серебряными, ими выплачивали жалование ратным людям. Отечественные историки расценивают «медную реформу» как государственное мошенничество: из фунта (400 гр.) меди, который сам по себе стоил 12 копеек, чеканили монет на 10 рублей.
Поначалу казна получила четыре 4 млн. рублей дополнительного дохода, что равнялось всему бюджету страны за последнюю четверть XVIIвека. Но за несколько лет медные деньги обесценились настолько, что за рубль серебром давали 17 рублей медью. Принудительная скупка на медные деньги товаров для дальнейшей их перепродажи иностранцам привела к массовому разорению купечества. Англичанин С. Коллинс, посетивший в то время Россию, писал: у торговых людей «силой брали товары за медные деньги, а медные деньги упали сначала от ста до одного, и когда казна снова захотела вывести их, многие разорились, многие повесились, а другие пропили свое имущество и умерли от пьянства».
САМ СЕБЕ ЧЕКАНЩИК
«Момент истины» не замедлил: грянули «медные бунты», описанные во всех школьных учебниках истории. Только в Белокаменной царские воины жизни лишили и утопили в Москве-реке около 7 000 бунтовщиков. Жертвы их оказались не напрасными: спустя год после бунта медные деньги отменили по указу царя от 15 июля 1663 года.
В эти же годы денежной реформы 1654-1663 годов примеру властей последовали рядовые фальшивомонетчики. Буйным цветом расцвело изготовление, по терминологии тех времен, «воровских денег». Медь мягче серебра, и мастерить из нее поддельные монеты нашим «народным умельцам» оказалось гораздо более сподручно. «Денежные мастера» и их подмастерья крали маточники и чеканы. Медь для «левой» чеканки монет проносили на денежные дворы в батонах хлеба, готовую продукцию перебрасывали через забор подельникам, ибо каждого работника при выходе стража, обыскивая, раздевала догола.
Бизнес оказался столь прибыльным, что коррупцией пронизал царскую администрацию. «Крёстным отцом» стал царский тесть и глава приказа Большой Казны боярин Иван Милославский, которому подчинялись московские денежные дворы. Вместе с деньгами из царской меди он чеканил «дополнительные тиражи» из собственного «сырья», вывозя «неучтёнку» возами.
«ПРОЗВОНКА» ХАКЕРА
Как же в стародавние годы противодействовали фальсификации денег, какие применяли методы проверки подлинности? Припомним выражение «звонкая монета», которое часто употребляют, не задумываясь. Этимология этого выражения отражает один из первых в истории «тестов» проверки на подлинность. В Древней Греции сомнительную монету бросали на камень, если звук от падения был чистым и звонким – монету признавали подлинной, если глухим – фальшивкой, содержащей медь вместо злата- серебра.
Современный отечественный рубль подделать очень трудно, уровень полиграфического исполнения традиционно высок. Для изготовления денег используются специальная бумага, краски, сплавы и т.д. Именно в России, на «Госзнаке»  десятилетиями печатаются деньги многих государств мира. В настоящее время около двадцати стран заказывают и покупают на «Госзнаке» банкнотную бумагу, банкноты, монетные заготовки и монеты, среди постоянных заказчиков последних десятилетий − Индия и Индонезия…
Такова предыстория проблематики информационной безопасности банков. С началом использования в кредитно-финансовой сфере и широчайшим распространением информационно-коммуникативных технологий проблема информационной безопасности кредитно-финансовой сферы вышла на качественно новый уровень. Усложнились системы информационной защиты, в частности, идентификации клиента, проверки правомерности платёжных операций. Также более изощрёнными стал «высокотехнологичный» арсенал правонарушителей в финансовой сфере.

Можно заметить: изменились только технические средства, а люди и проблемы всё те же. Участников самых хитроумных «высокотехнологичных» схем несанкционированного доступа к информации и хищений чужих денег уголовное право по-прежнему классифицирует как обычных уголовников − взломщиков, мошенников и коррупционеров. С этой точки зрения банковский хакер ничуть не лучше пресловутого «Чингисхана с пулемётом».


Павел Седов

Доктор экономических наук (BIS Journal)